Несколько мгновений Рауди молчал.

— Я и не думал, что она знала, — выговорил он таким тоном, словно если бы Валерия знала о его травме, то никогда не вышла бы замуж.

— Это ничего бы не изменило, — заговорила Нора, не в силах скрыть свое смущение. — У нее и так было достаточно поводов для беспокойства, поэтому мы решили ничего не говорить ей пока.

— Вы скрыли это от нее?

— Да, скрыли, — согласилась Нора. Он был в бешенстве. Hope еще не приходилось видеть такого негодования. Но, игнорируя его вспыльчивость, она спокойно поставила поднос с завтраком на столик и сняла с него крышку. Потом положила Рауди на грудь салфетку.

Когда он замолчал, чтобы перевести дыхание, Нора спросила:

— Вы будете есть сейчас или подождете, пока совсем успокоитесь? Рауди сжал губы.

— Доктор Силверман знает, что вы используете телефон для деловых переговоров? Более того, знает ли он, что вы продолжаете работать?

— Нет. А вы собираетесь сказать ему? — с иронией спросил он.

— Возможно.

— Это не имеет значения. Я покину ваш городишко, как только смогу подняться.

— Уверена, что персонал сделает все возможное, чтобы это произошло как можно быстрее. Вы тут прославились за несколько дней, мистер Кэссиди.

Прежде чем Рауди сумел ответить, на пороге с нерешительным видом появилась Карен. Увидев Нору, она явно обрадовалась.

— Время делать укол, мистер Кэссиди, — проговорила она.

— Я не хочу.

— Уверена, что мистер Кэссиди шутит, Карен, — ласково сказала Нора. — Он ждет не дождется, когда ему сделают укол, не правда ли?

Рауди вытаращил на нее глаза.

— Не правда, мисс Блумфилд.

— Отлично, тогда я подержу его, Карен. Надеюсь, что мы не заденем его ногу, ведь это ужасно больно. Конечно, если б он не сопротивлялся, сделать укол было бы гораздо легче.

— Если мне сделают укол, я не смогу отвечать на телефонные звонки, — попытался объяснить Рауди.